Зачем религии наука?

Павел Амнуэль
Павел Амнуэль

Самопроизвольное возникновение жизни и человеческого разума — процесс настолько маловероятный, что нет смысла его даже рассматривать. Физические и астрофизические свойства Вселенной должны быть взаимно согласованы с такой тщательностью и вероятность случайного совпадения всех условий так мала, что для возникновения на Земле человечества потребовалось бы время на много порядков большее, чем время реальной жизни нашей Вселенной.

Но мы-то существуем и можем задать сакраментальный вопрос: каким же образом случилось это крайне невероятное событие?

Возможны два объяснения.

Первый день творения. Гравюра Юлиуса Шнорр фон Карольсфельда. 1860 год
Первый день творения. Гравюра Юлиуса Шнорр фон Карольсфельда. 1860 год

Первое. Вселенную создал бесконечно муд­рый Конструктор, иными словами — Бог, который всё продумал заранее. Вселенная такова, потому что такой ее создал Бог-творец. Это путь теологический.

Второй путь: существует не одна Вселенная, а огромное их количество (не исключено, что бесконечно большое!). Но если вселенных почти бесконечно много, то с вероятностью, практически равной единице, существует и такая вселенная, где выполнены все условия для возникновения жизни и разума. В этой Вселенной мы и живем. В многомирии появление такой Вселенной неизбежно.

Физическое многомирие решает парадокс «антропного принципа». А возможно ли совместить представления о многомирии с догматами монотеистических религий?

В Канаде, в Университете Альберты, работает физик-теоретик, профессор Дон Н. Пейдж, который наряду с разработкой современных идей квантовой механики пытается примирить их с положениями христианства, будучи христианином-евангелистом по вере своей. В своих статьях «Теологический аргумент для эвереттовского мультиверса» [1], «Бог так любит мультиверс?» [2] Пейдж аргументирует, что существование многомирия не противоречит Божественному плану, как не противоречит ему эволюционная теория, против которой выступают многие церковные (и не только церковные) деятели.

Схема расширения Вселенной. NASA/WMAP Science Team. Подписи переведены Maxrossomachin. «Википедия»
Схема расширения Вселенной. NASA/WMAP Science Team. Подписи переведены Maxrossomachin. «Википедия»

«Эволюция, — отмечает Пейдж, — не опровергает существование Бога или некоего общего проекта… До Дарвина некоторые христиане представляли чудо человека как доказательство отдельного и индивидуального плана. Сейчас некоторые христиане представляют чудо точной подгонки мировых постоянных как доказательство теизма и также отдельной и индивидуальной программы создания Богом этих постоянных».

По мнению Пейджа, оба представления ошибочны. Ошибка заключается в том, что в обоих случаях замысел Творца бесконечно более грандиозен, нежели это полагают традиционные религии.

Бог всемогущ и всеведущ, и ничто не могло помешать Ему создать не одну Вселенную — нашу, — а великое (возможно, бесконечное) множество вселенных, в одной из которых и возникло человечество как естественный результат выполнения Божественного плана.

Антропный принцип здесь уживается с теизмом, а на вопрос, зачем было Богу создавать так много вселенных, если для создания человека достаточно одной, Пейдж отвечает встречным вопросом: «А почему вы думаете, что создать многомирие — задача для Творца более сложная, чем создание единственной Вселенной?»

«Поскольку, — продолжает Пейдж, — Бог может создать всё, что логически возможно и что согласуется с Его природой и целями, то, видимо, для Него не существует трудностей создать так много вселенных, сколько Ему угодно. Возможно, Он предпочитает элегантность и принципы, с помощью которых Он создает огромный мультиверс, а не единственную вселенную, то есть экономит принципы, а не материалы».

Иными словами, когда1 Бог решил создать материальную Вселенную (или огромный набор вселенных — мультиверс), то руководствовался принципом красоты и совершенства. Но красоты и совершенства не материальных сущностей, которые ему предстояло создать, — «думал» Он о красоте и совершенстве физических законов и математических идей, в основу этих законов положенных. Прежде чем создавать Вселенную (или мультиверс), Бог сконструировал законы природы, сообразуясь с которыми мироздание и было создано.

И тогда Пейдж, будучи, с одной стороны, физиком, а с другой — христианином, приходит к двум важным выводам. Первый: если выбирать между двумя вариантами физической картины мира, то в одной картине волновая функция квантовой системы при взаимодействии коллапсирует, оставляя единственный вариант мироздания. В другой — волновая функция не коллапсирует, и тогда создается не вселенная, а мультиверс: эвереттовская многомировая интерпретация — коррелированные вселенные с разными квантово-механическими исходами. С точки зрения красоты, элегантности, простоты и совершенства предпочтительнее, конечно, вариант мироздания без коллапса волновой функции, порождающего трудноразрешимые философские и физические противоречия.

Конечно, Бог выбрал красоту и совершенство и создал не Вселенную, а многомирие — мультиверс. К тому же, избрав такой сценарий, Творец решил попутно еще две, казалось бы, неразрешимые (но ведь не для Него!) задачи:

1) в мультиверсе нет необходимости в точной подгонке мировых постоянных, чего требует антропный принцип;

2) исчезает противоречие со свободой воли, извечная тема дискуссий богословов и философов. Да, человек обладает безусловной свободой выбора: все варианты осуществляются — каждый в своей вселенной. И Бог, будучи всеведущим, конечно, знает, какой выбор сделает человек, что нисколько не ущемляет свободы воли, поскольку Бог никак не влияет на выбор человеком той вселенной, в которой он в результате выбора окажется.

Существует, однако, возражение, о котором ведут речь христиане — противники идеи многомирия. «Если, — говорят они, — мультиверс достаточно велик для существования других цивилизаций, согрешивших и нуждавшихся в том, чтобы Христос пришел и искупил их грехи чем-то похожим на Его смерть на кресте здесь, на Земле, то Его смерть может оказаться вовсе не уникальным явлением. Между тем, в Библии в Послании к Римлянам сказано (6:10): “Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха, а что живет, то живет для Бога”».

«Что ж, — отвечает Пейдж на этот аргумент, — Библия дана людям на Земле, и потому неразумно требовать, чтобы в ней было описано всё, что Бог может или не может сделать с другими существами, которые Он, возможно, создал где бы то ни было. Мы можем лишь интерпретировать Библию в том смысле, что смерть Христа здесь, на Земле, уникальна для нашей человеческой цивилизации».

Что получается, если принять аргументацию Пейджа? Наука вполне совместима с религиозными положениями и текстами.

На мой взгляд, сопоставления религиозных текстов с современными научными данными наносят вред как религии, так и науке.

Попробую обосновать свою точку зрения на примере статьи Б. Циммермана «Созвездия и галактики в Талмуде», опубликованной некоторое время назад в израильском журнале «Ницоцот» («Искорки»). Приведу довольно пространную цитату:

«Сходство между данными современной науки о числе галактик и звезд во Вселенной и их числом согласно Талмуду просто поразительно. Тем, кто читал Талмуд, хорошо знаком отрывок из трактата “Берахот”:

Я создал (речь, конечно, идет о Боге. — П. А.) двенадцать созвездий Зодиака, и в каждом созвездии тридцать армад, и в каждой армаде тридцать легионов, и в каждом легионе тридцать скоплений, и в каждом скоплении тридцать когорт, и в каждой когорте тридцать групп, и в каждой группе триста шестьдесят пять сотен миллионов звезд, по сто миллионов звезд на каждый из дней года”.

В этом отрывке можно найти интереснейшие научные данные. Прежде всего, в нем содержится число звезд во Вселенной. Перемножив числа, входящие в состав звездной иерархии, согласно отрывку из Талмуда, мы получим единицу с девятнадцатью нулями.

Современная астрономия, пользуясь данными наблюдений и подсчетов звезд, галактик и их скоплений, тоже дает довольно точную оценку числа звезд во Вселенной, и число это достигает единицы с девятнадцатью нулями! Соответствие между данными Талмуда и современной астрономии более чем поразительно.

Весьма примечательна и научная классификация звездных систем во Вселенной:

1 — звезды, 2 — шаровые звездные скопления, 3 — рассеянные звездные скопления, 4 — галактические рукава, 5 — галактики, 6 — локальные скопления галактик, 7 — крупномасштабные скопления галактик.

Но ведь и рабби Шимон бен Лакиш в Талмуде разделил звездные системы на те же семь классов (звезды, группы, когорты, скопления, легионы, армады и созвездия Зодиака). Еще одно поразительное сходство!»

Логика рассуждений Циммермана понятна. Рабби Шимон бен Лакиш знал то, до чего наука дошла лишь сейчас. Следовательно, сам Бог говорил с рабби и сообщил ему истину.

Между тем, популярные в наши дни попытки сопоставления известных сегодня научных (в частности — астрономических) данных с каноническими библейскими текстами играют, вообще говоря, дурную роль.

Во-первых, потому что принижают священные тексты. Религиозный человек изначально знает, что Ветхий Завет есть Божественное откровение. Никакой математик, к примеру, не станет доказывать постулат Евклида о том, что между двумя точками можно провести прямую линию и притом только одну. Так зачем доказывать другую аксиому, столь же очевидную для любого религиозного человека?

Второе. Наука развивается. То, что сегодня считается точно известным, завтра может быть подвергнуто сомнению и даже отвергнуто, как были отвергнуты в свое время идеи теплорода и мирового эфира — казалось бы, подтверждавшиеся опытом.

Вернусь к тексту рабби Шимона бен Лакиша. Если перемножить числа, упоминаемые рабби, то получится 1019. Когда статья Циммермана вышла из печати, астрофизики действительно оценивали число звезд в видимой части Вселенной примерно таким же числом. Что из этого следует? Да ровно ничего! Это, к сожалению, было лишь временное совпадение, поскольку астрономы не пересчитывают миллиарды миллиардов звезд (как это, возможно, представляется неспециалистам). Они оценивают число звезд, пользуясь косвенными данными. Например, данными о том, сколько во Вселенной темной материи. Прошло полтора десятилетия после публикации статьи Циммермана, и оценка числа звезд увеличилась в сотню раз — потому, что все более далекие от нашей Галактики области пространства стали доступны для изучения в телескопы. И что сейчас сказал бы Циммерман о рабби Лакише?..

А что относительно числа семь? Семь уровней звездной иерархии описал рабби Шимон бен Лакиш, и семь уровней звездной иерархии известны современной астрофизике. Нет, и это сравнение не пошло на пользу ни религии, ни науке. Творец (в тексте рабби Лакиша) говорит: «Я создал двенадцать созвездий Зодиака», и именно в этих созвездиях оценивает затем число созданных Им звезд. Циммерман, вслед за рабби Лакишем, одну из ступеней звездной иерархии так и называет: ­созвездия Зодиака.

Но на современных звездных картах насчитывается 88 созвездий, из которых только 12 — зодиакальные. Как быть с остальными? Считать дополнительной, восьмой, ступенью иерархии или включить звезды из «лишних» созвездий в общий список? Кстати, ведь и оценка числа звезд, судя по отрывку из Талмуда, тоже относится только к 12 созвездиям Зодиака, а не ко всему небу. Как тогда можно сопоставлять это число с данными современной астрономии?..

Беда рассуждений Циммермана еще и в том, что приводимые им сведения о числе ступеней в современной научной звездной иерархии попросту неверны! Семь ступеней описывает Циммерман, не упоминая, например, такие образования, как ассоциации звезд, отличающиеся как от шаровых, так и от рассеянных звездных скоплений. Это восьмая ступень иерархии, и она ломает построенную Циммерманом конструкцию. И еще: почему автор остановился на крупномасштабных скоплениях галактик? Существуют «сверхскопления» и, например, такая гигантская «конструкция», как Ланиакея. Между тем иерархия должна содержать семь и только семь ступеней, чтобы ее можно было сопоставить со сведениями из Талмуда.

Попытки сопоставления канонических религиозных текстов с научными сведениями (я привел в пример физика Пейджа и религиозного автора Циммермана — на деле сейчас таких работ очень много!) начались не так давно. Представьте, что такая идея пришла бы в голову выдающемуся астроному лет 150 назад. Он находит текст рабби Лакиша, обнаруживает семиступенчатую иерархию, сверяет с современными сведениями и не находит ничего общего! Ведь астроном XIX века понятия не имел даже о галактиках, не говоря об их скоплениях и сверхскоплениях. А число известных в то время звезд ограничивалось Млечным Путем, ни о каких миллиардах миллиардов и речи не было. Что должен был сказать честный ученый, попытавшийся примирить науку и религию? «Господа, — должен был сказать он, — то, что написано в Талмуде, не имеет ничего общего с тем, что мы видим на небе. И значит…»

Хорошо, что полтораста лет назад никто не пытался искать научные подтверждения религиозных текстов. Скольких беспредметных дискуссий удалось избежать в то время! Хорошо бы и в наши дни обойтись без таких дискуссий.

Павел Амнуэль, астрофизик, писатель-фантаст, популяризатор науки

  1. arXiv:1212.5608v1 [physics.gen-ph]
  2. arXiv:0801.0246v5 [physics.gen-ph] 17 Jan 2008

1 Будем пользоваться этим термином, более нам понятным, хотя Бог, по идее, «существует» вне пространства-времени, и понятие «когда» для него не имеет смысла.

64 комментария

  1. Почти во первых строках своей книги Давид Дойч — Д. Дойч, «Структура реальности», гл.2 — предложил параллельные вселенные для разрешения интерференционного парадокса (кстати — в начале восьмидесятых в физических журналах обсуждалась гипотеза о существовании соответствующей «структуры пространства» в интерферометрах, которая и вызывает интерференцию. Об экспериментальной проверке этой гипотезы не слыхал, — позже это никак не обсуждалось). Теперь «мультиверс» предложен для разрешения проблемы возникновения жизни.
    Почему спокойней верить в фантастические модели (вероятность существования которых исчезающе мала) и в распадающийся (говорят, что и протон, в конце-концов, разваливается) и полностью бессмысленный материальный мир, а не неподверженный распаду нематериальный мир, где дважды два четыре, существует теорема Пифагора и формула Эйлера и другие удивительные и восхитительные вещи, в существовании которых не сомневается ни один нормальный человек, и которые распаду не подвержены — предположить можно — но это вызовет жгучую обиду (сто раз цитировал И. Бродского — «неверье — слепота, но чаще — свинство». И ещё — «наверно, после смерти — пустота, и вероятнее, и хуже ада»; «я верю в пустоту — в ней как в аду, но более херово») Самое удивительное — мысли о том, что «красота — это истина, а истина — это красота» (см. последние страницы «Структуры реальности») и прочие глобальные идеи — о космосе, о возникновении жизни и пр. — возникают на границе «богоискательства». Всё равно, какого оно рода — поиск Бога, или успокоения себя, что Его нет. Если человек от этой границы далеко — и если Бог не отметил его печатью гения, которая заставляет отмеченного пахать в области своей гениальности, не обращая внимания на окружающий мир и все его трагедии — то область интересов, как правило, ограничивается основными инстинктами (питание, нора — ох, извините, конечно, — квартира и размножение). (Рад был бы ошибиться, но длительный опыт работы в коллективе людей, называющих себя учеными, говорит мне о том, что так и есть)
    О Талмуде и иудаизме потом.
    Что же касается мистики чисел, то она и у атеистов есть. (6n плюс минус 1) — в это множество в обязательном порядке входят все простые числа. Правило октета. Углерод с валентностью четыре — основа жизни. Пять — невоможные кристаллические структуры в неживом мире и возможные в живом. Особых чисел, привлекающих внимание в христианстве, не так много —1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 10, 12, 24, 72. Есть и другие. Стоит ли над этим думать? — а как запретишь думать? Но, вообще говоря, Писание говорит, что «там» будет то, что и в голову никому не приходило.  
    Из догматов христианской Церкви следует более «сумасшедшая» вещь, чем «мультиверс». Дело в том, что целью творения, по учению Церкви, является обожение твари (чтобы тварь стала Богом). Всей твари — сначала человека, а потом, через обожившегося (с помощью Бога) человека — и всей остальной твари — животных, растений и всего-всего-всего. Всей Вселенной. А так как неотъемлемым свойством твари является и «материальность», и логистичность (структурность, закономерность), и свобода-воля, то возникает кошмарная проблема — как, не нарушая «логистичности», то есть не надеясь на нелогистичную чудесность, объять обожением всю Вселенную? Как «там» с дальнодействием, то есть? Со скоростью распространения информации?
    И я сильно подозреваю, что и в нашем мире совсем не так всё устроено. И все современные астрофизические (и другие) теории — всего лишь легкая ирония Бога над нашей самоуверенностью.
    А теперь о иудаизме.
    Наука в античном доаристотелевском мире была построена по принципу двухстолбцовой таблицы. В первом столбце «Сириус всходит» — во втором — «Нил разливается» (сейчас конкретно этот пример критикуют, но дело не в примере, а в принципе). После Аристотеля (после Аналитик) появилась современная наука — система аксиом в основе, и построение на этой основе теории-практики. Талмуд — это последний отзвук доаристотелевской науки. Толку в этом, естественно, нет.
    Но даже не это главное. Современная иудаистская культура, основанная на Аггаде, вполне приемлет мысль о Боге, который творил и уничтожал миры до тех пор, пока не сотворил мир, который Ему понравился. Современная христианская мысль это категорически неприемлет. 

  2. «Все люди верят. Одни верят, что Бог есть, другие верят, что Бога нет. И то, и другое недоказуемо» БА ))

    1. Недоказуемо только то, чего нет.
      Всё остальное вполне доказуемо. И даже очень.

    2. … Одни верят, что Бог есть, другие верят, что Бога нет. А третьи Его ищут.

      1. Дело вовсе не в том, что «другие верят, что Бога нет». Они на самом деле «не нуждаются в этой гипотезе» из которой ничего логически не следует, да и экспериментально она непроверяема.
        Костры инквизиции в той или иной форме, как показывается многовековая практика, всегда появляется. Рано или поздно при отсутствии секуляризации. Более того, когда говорят о Боге, как правило, имеют ввиду главенствующую конфессию и ее доминирование на «канонической территории».

    1. В современной социологии религии предложен целый спектр ответов — от «опиума для народа» до «протестантской этики и духа капитализма». Почему бы не предположить, что эти подходы отражают интересы и ценности разных социальных слоев — от быдло-пролетариата до мелких и средних предпринимателей?

      1. Я бы еще отметил, что религий много. Все говорят от имени Бога и ненавидят друг друга. При первой же возможности начинают друг друга со святым чувством убивать.
        Наука же ОДНА для всех.

        1. Еще Кант отмечал, что при помощи рациональных доводов нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть существование Бога. Appealing to Immanuel Kant and Leo Tolstoy, Ludwig Wittgenstein had contended that религия — это ни в коем случае не система знания (вся теология бессмысленна), но скорее социальных практик, нацеленная на утверждение таких социально-значимых ценностей, как доброта, милосердие, но и,
          увы, таких как послушание, беспрекословное повиновение, смирение, etc.

          1. «…- Но, позвольте вас спросить, — после тревожного раздумья спросил заграничный гость, — как же быть с доказательствами бытия божия, коих, как известно, существует ровно пять?
            — Увы! — с сожалением ответил Берлиоз, — ни одно из этих доказательств ничего не стоит, и человечество давно сдало их в архив. Ведь согласитесь, что в области разума никакого доказательства существования бога быть не может.
            — Браво! — вскричал иностранец, — браво! Вы полностью повторили мысль беспокойного старика Иммануила по этому поводу. Но вот курьез: он начисто разрушил все пять доказательств, а затем, как бы в насмешку над самим собою, соорудил собственное шестое доказательство!
            — Доказательство Канта, — тонко улыбнувшись, возразил образованный редактор, — также неубедительно. И недаром Шиллер говорил, что кантовские рассуждения по этому вопросу могут удовлетворить только рабов, а Штраус просто смеялся над этим доказательством.
            — Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на три в Соловки! …» М&М ))

    2. Наука ничего не говорит о смысле жизни. Некоторые считают, что ответ можно найти только с помощью религии.

      1. Живи, будь счастлив, но не гадь другим.
        Не делай другим того, чего не хочешь себе от них…

        Причем тут религия?

  3. «Попытки сопоставления канонических религиозных текстов с научными сведениями … начались не так давно».
    Довольно-таки давно. Научный теист Галилей не слишком успешно противостоял сопоставлению системы Коперника и канонических слов Иисуса Навина, который «воззвал к Господу … и сказал пред Израильтянами: стой, солнце, над Гаваоном…  И остановилось солнце…»
    При этом Галилей ссылался на церковные авторитеты Августина и Тертулиана, которые также были против таких сопоставлений. И добавил собственные резоны: Библия уже потому не имеет прямого отношения к астрофизике, что в ней даже не упомянуты планеты. Библия учит человека тому, что он — не тварь дрожащая, а венец творения, ради которого сотворена Вселенная, и которому Творец даровал разум, чувства и язык, чтобы человеки, опираясь на эти дары, познавали и осваивали мир, выполняя самую первую заповедь Библейского Бога.
    Точно так же думали глубоко и свободно верующие последователи Галилея – Ньютон, Максвелл, Планк, Эйнштейн и Бор. И точно так же думал самый выдающийся астрофизик среди клириков Джордж Леметр, открывший расширение Вселенной.
    Не знаю, чем обогатил науку профессор Дон Н. Пейдж, но вряд ли чем-то сопоставимым с выше названными.

  4. Существует множество разных религий и они устроены различно. Творец авраамических религий не очень похож на Ишвару дхармических религий (многочисленных «индуизмов»), а в части дхармических религий исключен из сферы исследуемого в религии (в джайнизме и буддизмах). У вайшешиков и наяиков Ишвара — это сила, удерживающая вместе атомы, например. Когда он перестает держать, наступает конец света.

    1. «У вайшешиков и наяиков Ишвара — это сила, удерживающая вместе атомы, например.»
      На языке современной физики эта сила возникает благодаря обмену виртуальными бозонами между фермионами. Описывается уравнениями КХД и с огромной точностью проверена экспериментально.

    2. «…Хорошую религию придумали индусы, что мы, отдав концы, не умираем насовсем…» ВСВ ))

  5. Я понял так, что автор отнюдь не присоединяется не только к Циммерману, но и к Пейджу. Просто дело в том, что, не имея возможности прямо опровергнуть Пейджа, автор рассказывает, как опровергся Циммерман, несомненно имея в виду, что когда-нибудь, по аналогии, так же опровергнется и Пейдж. Общий посыл автора: согласовывать религию с наукой есть занятие бессмысленное — разумеется, никаких возражений не вызывает. Другой вопрос, насколько убедительна логика авторской аргументации.
    Можно, однако, добавить, что гипотеза о сотворённости нашей вселенной в принципе не может быть опровергнута, а пожалуй что и не является неправдоподобной.

  6. «Попытки сопоставления канонических религиозных текстов с научными сведениями … начались не так давно».
    Довольно-таки давно. Научный теист Галилей не слишком успешно противостоял сопоставлению системы Коперника и канонических слов Иисуса Навина, который «воззвал к Господу … и сказал пред Израильтянами: стой, солнце, над Гаваоном… И остановилось солнце…»
    При этом Галилей ссылался на церковные авторитеты Августина и Тертуллиана, которые также были против таких сопоставлений. И добавил собственные резоны: Библия уже потому не имеет прямого отношения к астрофизике, что в ней даже не упомянуты планеты. Библия учит человека тому, что он — не тварь дрожащая, а венец творения, ради которого сотворена Вселенная, и которому Творец даровал разум, чувства и язык, чтобы человеки, опираясь на эти дары, познавали и осваивали мир, выполняя самую первую заповедь Божию.
    Точно так же думали глубоко и свободно верующие последователи Галилея – Ньютон, Максвелл, Планк, Эйнштейн и Бор. И точно так же думал самый выдающийся астрофизик среди клириков Жорж Леметр, открывший расширение Вселенной.
    Не знаю, чем обогатил науку профессор Дон Н. Пейдж, но вряд ли чем-то сопоставимо с выше названными.

    1. Кстати, один из персонажей галилеевских «Диалогов» ссылается на кардинала Беллармина, тонко заметившего, что «Библия» учит не тому, как устроено Небо, а тому как туда попасть

  7. Когда у человека отсутствует культура мышления, он несет всякую ахинею, глупость человеческая безгранична.

    «Не события влияет на человека, а то, как он смотрит на это событие».

    В мировой культуре – источником физического и духовного мира является Божественный Разум, придающий материи – движения, а человеку способности передачи из поколения в поколение, всемирного исторического опыта – ценности: нравственные и религиозные.

    Владеть, культурными ценностями, вот черта отличающее, образованность от дикости.

    Отсутствие воспитания, есть корень всякого зла.  

    Альберт Эйнштейн сказал: «Человек науки плохой философ, ибо то, что предшествовало большему взрыву, либо ускользает от большинства учёных, либо не интересует их вовсе. Поскольку нет никаких эмпирических данных, что предшествовало большому взрыву, учёные попросту игнорирует этот вопрос. Ряд событий, не имеющих начала не может существовать».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Оценить: