Три Михаила и четыре тысячи страниц

literature-archive.ru

Любовь Хачатурян
Любовь Хачатурян, канд. культурологии
Елена Пенская (fu-berlin.de)
Елена Пенская, докт. филол. наук, руководитель проекта «Автограф»

К началу 2021 года портал «Автограф» (подробнее о проекте мы рассказывали на страницах ТрВ-Наука в декабре [1]) разработал карту трех новых маршрутов по сайтам Михаила Шолохова, Михаила Зощенко и Михаила Булгакова: в Интернете появилось более 4000 страниц рукописей. Напрашивается шутка: три Михаила — это ведь русская сказка о трех медведях? Поиски, опасности, повороты сюжета. А как у нас?

А у нас — полная безопасность, хотя литературные страсти бушуют до сих пор. Взять хотя бы первый сюжет. «Шолоховский вопрос» вот уже столетие — это почти шекспировский вопрос. Только по-русски. Война, эвакуация, пожары, грабежи… Целиком судьба рукописей Шолохова неизвестна до сих пор, спор об авторстве «Тихого Дона» не утихает. Чудом уцелели и были возвращены писателю рукописи третьего и четвертого томов «Тихого Дона», именно они потом попали в рукописный отдел Пушкинского Дома. А где же первые два? И тут по всем правилам волшебной морфологии, открытой Владимиром Яковлевичем Проппом, появляется сказочный помощник. Выяснилось, что с 1929 года рукописи первого и второго томов романа «Тихий Дон» хранились в семейном архиве Василия Кудашева, друга писателя. В 1999 году РАН приобрела шолоховские рукописи у наследников Кудашева и передала в Институт мировой литературы.

Михаил Шолохов. «Тихий Дон». Рукопись. Декабрь 1938 года. ИРЛИ РАН. Ф. 814. Оп. 1. Ед. хр. 7. Л. 3.
Михаил Шолохов. «Тихий Дон». Рукопись. Декабрь 1938 года. ИРЛИ РАН. Ф. 814. Оп. 1. Ед. хр. 7. Л. 3.

Однако что ж получилось? Спасти документы удалось, но в итоге богатства архива Шолохова разделены по разным владениям двух научных институтов; кроме того, большая часть биографических материалов и переписки Шолохова попала в РГАЛИ. Везде строгие порядки, и пока исследователь получит разрешение, добежит, долетит, доползет до другой территории, да разберется с местными правилами, да преодолеет множество препятствий, что-то обязательно случится — либо командировку не утвердят, либо эпидемия грянет — и всё закроется. А вопрос по-прежнему останется нерешенным. И тут два научных института и портал «Автограф» нашли выход: оцифровали и выложили на портал собрание Пушкинского Дома [2] — а там главы «Тихого Дона», «Поднятой целины», фрагменты романов для отдельного издания («Дед Щукарь») — и договорились с ИМЛИ РАН об оцифровке и публикации их части собрания в 2021 году. Итак, уже в этом году впервые в свободном доступе в Интернете появятся все сохранившиеся рукописи «Тихого Дона».

В роли волшебной помощницы во втором сюжете выступила Елена Сергеевна Булгакова. В конце 1950-х годов она приняла решение передать архив государству, разделив наследие Булгакова на две неравные части: архив Булгакова-романиста (а также эпистолярное наследие) и архив Булгакова-драматурга. Обладателем первой стала Российская государственная библиотека имени Ленина, вторую получил Пушкинский Дом. Уместен ли вопрос, какая часть ценнее? В Пушкинском Доме хранятся рукописи пьес «Дни Турбиных» (первое название — «Белая гвардия»), «Бег», «Мольер», «Александр Пушкин» («Последние дни»), «Дон Кихот», инсценировок и либретто «Мертвые души», «Война и мир» — от черновых набросков в тетрадях до завизированных Реперткомом текстов. Собрание пьес дополнили материалы, связанные с их постановкой, а также переписка драматурга с соавтором и режиссерами: В. В. Вересаевым, К. С. Станиславским, В. И. Немировичем-Данченко, В. Э. Мейерхольдом, И. А. Пырьевым. В РГАЛИ — зеркальное отражение театрального фонда, «официальная» история булгаковских пьес: рукописи с правкой из фондов Главреперткома, Союза писателей, Комитета по делам искусств, издательств, театров и журналов — бесконечная тяжба Булгакова с государством, череда запрещений, мучительных согласований, вынужденных поправок и отказов исправлять. В 2020 году практически все театральные материалы были опубликованы на нашем портале [3].

Еще один фрагмент этой захватывающей летописи — дневники М. А. Булгакова 1923–1925 годов, изъятые 7 мая 1926 года в ходе обыска ОГПУ. «Мой дневник» (или «Под пятой») — так назывались три тетради. Только в 1930 году Булгаков получил разрешение на возврат рукописей, которые практически сразу уничтожил: дневник мог стать свидетелем обвинения. Однако в архиве ФСБ сохранились «вещественные доказательства» — перепечатка, сделанная следственными органами, и негатив дневника. В начале 1990-х годов эти материалы были рассекречены и переданы в РГАЛИ.

«Автограф» опубликовал всё. Если утрачен оригинал, только фотокопия (пусть даже в негативе) позволит прочитать булгаковские записи в изначальном виде: без искажений, купюр, ошибок машинистки. Вместе с этими записями стали доступны протокол обыска, показания Булгакова при допросе, его заявления с просьбой вернуть изъятые рукописи, а также агентурно-осведомительные сводки (материалы слежки за писателем в Москве и Киеве). Так постепенно, шаг за шагом, складывается булгаковский пазл. Многое еще впереди.

Михаил Булгаков. Рукопись пьесы «Кабала святош» с резолюцией Главреперткома о ее запрещении. Март 1930 г. РГАЛИ. Ф. 656. Оп. 1. Ед. хр. 437. Л. 1-3
Михаил Булгаков. Рукопись пьесы «Кабала святош» с резолюцией Главреперткома о ее запрещении. Март 1930 г. РГАЛИ. Ф. 656. Оп. 1. Ед. хр. 437. Л. 1-3

«Люди делятся на человекоподобных и человека с большой буквы. Первых большинство, а потому они нормальны в жизни. Человек — ненормален. Во всем. Идите к этой ненормальности. Это огромное, к чему должен подойти человек. Это не парадокс. Нормальный умирает от ­несварения в ­желудке. ­Ненормальный от безумия. Разве может быть что-нибудь хуже нормального?» Это дневниковая запись Михаила Зощенко. Неопубликованные записные книжки, дневники с 1930-х годов до начала 1958 года — жемчужина из целого лабиринта его материалов в рукописном отделе Пушкинского Дома. Несколько тысяч рукописных страниц.

В них — весь зощенковский «космос»: творческие планы и фрагменты произведений (с узнаваемым «вычеркиванием» через всю страницу и белового варианта рассказа, и выполненного дела), записи о событиях дня и быте, расчеты, рисунки. Нередко запись сделана в спешке, химическим или графитным карандашом, и занимает весь разворот тетради. А еще в архиве есть подневные записи Веры Владимировны Зощенко, вдовы. Они помогают восстановить житейскую канву событий, встреч, разговоров; дополняют и уточняют детали, создают дополнительную оптику. Черновики рассказов, повестей, пьес показывают, как важен для Зощенко процесс бесконечной — почти маниакальной — переработки: он мог через десять — двадцать лет вернуться к газетной публикации начала ­1920-х, переписать текст, составить коллаж из газетных вырезок, машинописных и рукописных фрагментов, делая правку прямо на полях или поверх печатного текста. Поэтому нас ждут удивительные находки. Текст существует не только в нескольких измерениях-редакциях, но и в самых разнообразных источниках: черновых и беловых записях, в машинописи с правкой и собственно в «расклейке», объединяющей позднюю правку с первоначальным вариантом. Портал «сшивает» эти разрозненные части [4], складывает «детали» архива и показывает незаметную внешнему наблюдателю потаенную жизнь, чтобы читатель мог пройти вместе с Михаилом Зощенко его внутренний творческий путь.

Вот уже три десятилетия прошло после того, как рухнула советская система; все мы, слависты по обе стороны границы, ищем новый каркас, чтобы написать историю русской литературы. Не кроется ли некий содержательный стержень в истории литературных архивов, их сложной, драматической судьбе?

 

Публикация подготовлена при поддержке РНФ. Проект № 19-18-00353, НИУ ВШЭ

 

  1. Пенская Е., Хачатурян Л. Время черновиков // ТрВ-Наука. № 319 от 22 декабря 2020 года.
  2. sholohov.literature-archive.ru
  3. bulgakov.literature-archive.ru
  4. zoshchenko.literature-archive.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Оценить: