«Мы пытались сказать вам…»

Рунет сопереживает киноэкранным ученым, тщетно пытавшимся достучаться до власти и общества

Фильм «Не смотрите наверх», или другой вариант перевода названия — «Не смотри вверх» 1 (Don’t Look Up), снятый лауреатом премий «Оскар», BAFTA и «Эмми» Адамом Маккеем, вышел 24 декабря на стриминговом сервисе Netflix и сразу же вызвал самый горячий отклик в среде научных журналистов и ученых, активно занимающихся популяризацией и просветительством.

Речь в этом фильме, все основные роли в котором сыграли голливудские знаменитости, идет о том, как общество, политики и СМИ воспринимают прилет гигантской кометы-убийцы, грозящей неизбежной гибелью всему живому на Земле спустя шесть месяцев.

Особенно близко к сердцу основной посыл фильма приняли, вероятно, те, кто тщетно пытается убедить общество и политиков в реальности и крайней опасности глобального потепления, и те, кто доносит до простых граждан мысль о необходимости тщательно соблюдать масочный режим и прививаться от ковида. Астрономы по понятной причине отнеслись к новому фильму более сдержанно, поскольку он не очень аккуратно вторгается «на их территорию», хотя и старается выдерживать более-менее правдоподобный антураж.

В качестве главных героев фильма выступают два нескладных ученых-астронома — профессор Рэндалл Минди (Леонардо Ди Каприо) и его аспирантка Кейт Дибиаски (Дженнифер Лоуренс). После своего внезапного открытия они пускаются в мир политики и медиа, желая донести до всех правду о комете.

Внезапно еще одна киноудача. Don‘t look up, он же «Не смотри вверх», однозначно рекомендуется к просмотру. Пророческий фильм, о том, что будет, и о том, что происходит прямо сейчас, но в этот раз, кажется, не до конца. Можно было бы сказать, что это сатира и гротеск, но, если мы оглянемся на события последних двух лет (и даже не двух, учитывая избрание Трампа), то так уже не кажется. Хорошее, короче, кино, жаль только, слишком правдивое.

Ирина Якутенко, 28 декабря 2021 года
facebook.com/irina.yakutenko

«Здесь всё по-взрослому»

Сама по себе тема приближающегося опасного астероида или кометы в нашей собственной реальности чаще всего оказывается чем-то прямо противоположным науке — страшилкой, которой некоторое время пытаются запугивать публику желтые СМИ, пока астрономы не уточнят все параметры и не докажут, что вероятность столкновения очередного опасного объекта с Землей ничтожно мала. Однако при всем при этом столкновения астероидов с нашей планетой происходили в прошлом, имели катастрофические последствия и вполне могут произойти в будущем, за околоземными астероидами нужно тщательно следить и в случае чего бить настоящую тревогу. Этот момент в фильме тоже обыгрывается, позволяя таким образом накручивать сюжет слой за слоем, демонстрируя и недоверие привычных к таким «высосанным из пальца медиасобытиям» прожженных журналистов и искушенных «лидеров мнений», и внезапное подтверждение расчетов всеми прочими специалистами.

«Это альтернативная реальность!» — почти сразу же проницательно говорит себе и окружающим доктор Минди, хватаясь за голову и пытаясь смириться с происходящим, освоиться в этой новой реальности. А аспирантка Кейт, которая в силу более юного возраста и несколько эпатажной внешности поначалу кажется зрителям более циничной и стрессоустойчивой, замечает: «Надо накуриться!»

Бессонные ночи, таблетки, нервы и малокомфортный перелет дают о себе знать: перед встречей с президентом Кейт безудержно вырвало в какую-то случайную емкость, и тогда собственно на экране и всплывает самым хулиганским образом, рядом с головой страдающей Кейт, название самого фильма Don’t Look Up.

Призывать смотреть этот фильм абсолютно всех мы не будем — он может не понравиться по самым разным причинам: кто-то считает его слишком скучным и несмешным, кто-то, наоборот, слишком истеричным, малореальным, где персонажы выглядят излишне эксцентрично и совершают нелепые поступки. Тем не менее создатели кинокартины утверждают, что снята она «на основе реально возможных событий», и многие коллеги вполне понимают, что они имеют при этом в виду.

Противники глобального потепления и антипрививочники найдут здесь очевидные и малоприятные аллюзии на свои выходки, а слишком въедливых поклонников науки, кажется, могут, напротив, напрячь, скажем, эпизоды со спонтанным «расчетом эфемерид» новонайденной кометы, проводимым профессором Рэндаллом Минди в ответ на наивный вопрос какой-то студентки, — в реальности он, скорее всего, использовал бы для этого не доску с мелом и с трудом припоминаемые со студенческой скамьи формулы, а соответствующие компьютерные программы. Но работа с телескопом в холодном подкупольном помещении в митенках, с бесконечно разводимым иссякающим бледным пакетиком чая, а также луч «искусственной звезды» адаптивной оптики, кажется, должны растопить и эти сердца. Хотя те же астрономы опять же заметят, что присутствие, а тем более скопление людей в современных обсерваториях при наблюдениях бессмысленно и даже вредно для чувствительных инструментов и матриц, а расчеты траекторий только что найденного объекта многократно уточняются и могут считаться более-менее устоявшимися спустя месяцы и годы. Ну и крупные объекты в нашей реальности должны обнаруживаться задолго до их попадания во внутреннюю часть Солнечной системы.

Однако совершенно верно передана последовавшая коллизия — то, что в наше время всему научному сообществу, не только отдельным его представителям, чрезвычайно сложно достучаться до современного общества, и даже умудрившись донести какую-то новую правду до политиков и влиятельных лиц, они сталкиваются затем с искажениями, попытками всячески манипулировать наукой и использовать всё, что она дает, в сиюминутных политических интересах, для достижения частных корыстных целей. Абсурдная, но для многих весьма свежая и притягательная мысль: «Хорошо, что комета принесет новые рабочие места», — это тоже часть нашей собственной реальности.

«Не смотри наверх». Отлично (да, что есть другие мнения, я в курсе). Только непонятно, почему это преподносят (и хвалят) как сатиру, комедию, фантастику и т.д. Мне кажется, это самый реалистический фильм-катастрофа из всех, что видел. Случись что, примерно так всё и будет. Или еще хуже. Впрочем, мне даже «Идиократия» в свое время показалась лакировкой действительности.

Михаил Кацнельсон, 27 декабря 2021 года
facebook.com/mikhail.katsnelson.1

«Теперь просто выгодно решать вопрос с кометой»

Поначалу и у киноэкранных ученых, казалось бы, было всё нужное и была надежда: «главный специалист по космической защите» немедленно вникает во все детали и выходит с нашими героями для доклада сразу на самый верх. Однако команда президента (вернее, президентши в исполнении Мэрил Стрип) просто потрясает всех своей неадекватностью, начиная с «присматривающего за этим делом» пентагоновского генерала, который зачем-то берет деньги за бесплатный перекус — и эта неразрешимая загадка будет затем периодически мучить Кейт на протяжении всего оставшегося действия. Опаздывая и решая свои мелочные проблемы, «президент Орлин» всё же удостаивает ученых приема на следующий день и соглашается их выслушать — строго в течение нескольких минут. Ведь у нее на носу сложные выборы проштрафившегося союзника. Растерявшиеся астрономы пытаются судорожно что-то объяснить про свою комету: «Прилетела из облака Оорта… Мы использовали метод Гаусса… Цунами высотой с милю… Такие кометы — это убийцы планет». «Но это ведь не 100%?» — вопрошают жизнерадостные члены команды президента. На предложение послать дроны с ядерными зарядами ученые получают вердикт: пока молчать и подумать. И при этом: «Всё о чем мы говорили, — это суперсекретно». На это Рэндалл и Кейт говорят сами себе: «Надо уходить отсюда, это какое-то шоу фриков». И затем соглашаются с предложением своего коллеги всё «слить прессе»: «Ты просто расскажешь им историю доступно, без математики».

В момент объяснения с прессой и в некоторых других местах внимательный зритель, конечно, не может не обратить внимания на то, что «ставки» всё время растут: первоначальная оценка величины кометы 5–10 км, а на шоу уже «комета больше астероида, убившего динозавров, летит на Землю».

В экстренном президентском сообщении вновь говорится о девяти километрах и оставшихся пяти месяцах. Где-то под конец комета уже «в два раза больше, чем Чиксулуб» (астероид, убивший динозавров). Возможно, всё это и следует за уточнениями каких-то параметров, хотя странно, что комета вырастает так по ходу фильма раза в четыре. Опять же нельзя не отметить, что даже столь гигантский объект, упавший в океан, в нашей реальности не должен привести к гибели всего живого на планете, хотя, конечно, на долгие годы на ней может установиться что-то вроде ядерной зимы, которую придется переживать в укрытиях. Но для кино естественны преувеличения и передергивания. Комета к тому же у них там из «внешнего облака Оорта», значит, она должна состоять в основном изо льда, а не напичкана редкими тяжелыми металлами, что характерно скорее для объектов из внутренней части Солнечной системы. Но это опять же такая натяжка, которую можно простить для развития сюжета: кометой должны заинтересоваться сверхбогатые бизнесмены.

Между тем знающих отдельно порадуют сцены на шоу под говорящим названием «Нарезка» — это отдельная «мякотка», с которой сталкиваются все научные журналисты и ученые, решившие заняться популяризацией. Ведь зрители «любят сюжеты про науку — главное, легко и весело». Перед выходом к зрителям ученый получает своеобразное напутствие от «настоящей звезды»: «Занимайся своими делами, старпер». В процессе перехода «от свадьбы к науке», которую оставляют на шоу на закуску, один из ведущих дежурно интересуется, «есть ли в космосе живые существа», не забывает пошутить про НЛО и пожелать, чтобы комета Дибиаски уничтожила дом, где живет его бывшая. Ну и такое вот: «Я и не знал, что „Субару“ делают телескопы» (тут-то мы и понимаем, для чего в качестве телескопа первооткрывателей был изначально выбран именно телескоп «Субару»). В общем, «все они не так умны, чтобы быть злодеями, какими вы их видите».

Первой на шоу теряет над собой контроль, как ни странно, более «продвинутая» и давно встречавшаяся с журналистом Кейт, которой игривость ведущих поперек горла, она требует всех наконец всерьез «напугать, вселить тревогу». «Мы все подохнем!» — кричит она, выбегая из студии, и тем самым порождает не тревогу, а веселящий всех мем. «У моего брата была биполярка», — сочувственно замечает жениху-журналисту Кейт его приятель, а оставшийся в студии профессор расстроенно бормочет: «Надо было дать ей лишнюю таблетку ксанакса». «Мы пригласим вас еще, а вот крикливой даме мы не очень рады. Девушке явно нужна медиаподготовка», — резюмирует ведущая «Нарезки» в исполнении Кейт Бланшетт, которая затем решает завести роман с «сексуальным профессором», несмотря на то, что «количество кликов по этой теме меньше, чем у прогноза погоды». В постели с ним она требует, дабы «завестись»: «Скажи, что мы все подохнем!» И благодарит: «Я спала с двумя бывшими президентами. Но еще никогда в жизни не была такой живой. Спасибо».

Впрочем, в конце концов профессор, конечно, прозреет, и его упрекнут на прощание: «Вы идеалист по жизни. Вы просто бежите от боли к удовольствию».

Жанр, обозначаемый на Западе как черная комедия или трагикомедия, а у нас — как «сатирическая комедия», порождает больше не смех и хотя бы улыбку, а чувство сарказма. Может быть, во всем этом действии со временем начинает брать верх не реализм, а всеобщий фарс, однако удовольствие от некоторых мимолетных шуток создателей фильма получить, несомненно, удается. Но некоторые из них, скажем, про овальный кабинет или про Лигу плюща, вряд ли дойдут до русскоязычного зрителя — может быть в этом повинен еще и не совсем совершенный перевод.

Несколько слов о Don’t look up Во-первых, это не комедия. Ну нет в списке голливудских жанров «сатиры». Должны же они были ее поставить в какое-то стойло. На комедию рассчитывать не надо. Нет, Мерил Стрип не играет президента Трампа. Она играет их всех вместе взятых, или даже никого из них. Но они могли бы воплотиться и в такое тело. Всё это относится и к остальным ключевым персонажам. Играют все прекрасно. Этот фильм можно было бы посмотреть только за одну Кейт Бланшет, роль второго плана, но какая! Она даже польстила этим телевизионным блондинкам, сделав их совсем инфернально-чудовищными. А Mark Rylance ака Peter Isherwell — это вообще нечто. И он тоже не Цукерберг и не Тим Кук, и не Элон Маск. Он про всё. Если вам стало скучно, это значит, вы не знаете, о чем это. Вы не слушали пять последних лет американских новостей, не в курсе, не узнаете цитаты, не понимаете намеков. Весь фильм построен на цитатах, и рубленных топором, и вышитых по тонкой канве. Не мучайте себя. Ничего страшного, есть много других фильмов без намеков и аллюзий. Но по возможности не критикуйте этот, он просто для вас о непонятной материи, то есть, ни о чем. Последнее относится и к «затянутости». Если какой-то эпизод вам не кажется существенным, значит, вы не в теме, прошу прощения, это не критика, это просто реальность. Нет, этот фильм никуда не опоздал. Он попал в точку. Десять лет назад это предостережение вообще бы никто не заметил. А если и сейчас глаза не раскроются, ну что ж, ну что ж… если так, то ‘Sit Tight and Assess’, это именно то, что мы все делаем. Взяли себя в руки и размышляем. А время всех размышлений давно прошло. И нет, это не о климате, не о пандемии и не о политике, это обо всем вместе. Систему менять нужно, вот это о чем.

Ирина Делюсина, 2 января 2022 года
facebook.com/irina.delusina

«Желаю вам приятного конца света»

Тем не менее в этой сатире и буффонаде есть и свой реализм: ученые показаны вовсе не героями, со своими страстями, они даже слишком неустойчивы в психическом отношении, с «паническими атаками». Они наперегонки горстями глотают таблетки (видимо, поэтому у фильма стоит категория «18+», ведь больше, кажется, такое давать там и не за что) — это всё оборачивается чередой нервных срывов и истерик, живописуемых со всеми подробностями. А некоторые персонажи уж слишком ходульны — достаточно вспомнить ветерана, отправляемого спасать мир на «списанных шаттлах», которого играет Рон Перлман. «Нам нужен герой, а не автоматы» — «Если я умру, то пусть моя жертва будет не напрасна», — говорит появившийся герой. «Это из „Спасти рядового Райана“», — с гордостью комментирует циничная президентша. Разумеется, «списанные шаттлы» в реальности нельзя извлечь в одночасье и послать их спасать мир, этот ход тоже выглядит полной условностью. («Мы не потеряли ни одного спутника, вероятность успеха миссии выросла до 81%».) Однако эту сцену, в которой победа разума или же хотя бы заменяющий его мимолетный политический расчет президентской команды была как никогда близка, приходится списать скорее на стремление поглумиться мимоходом над фильмами-предшественниками вроде «Армагеддона» с Брюсом Уиллисом про героически предотвращенную катастрофу или «Марс атакует!» Тима Бёртона — он сразу же вспомнился столь же нелепыми президентскими потугами, запоздалыми попытками предотвратить беду, которая уже перешагнула порог.

«Весь этот конец света — по-моему, полная хрень!» — заявляет новый приятель Кейт, «явившийся» прямиком из «Дюны» — актер сыграл накануне Муад’Диба, возглавившего дом Атрейдесов. Но тут же показывается видимая невооруженным глазом комета: «Смотрите, вот она. Да, страшновато…» — «Мы пытались сказать вам…» — «Мы ее видим. Вот она! Она настоящая».

В Рунете возникала дискуссия о том, испытывают ли создатели этой кинокартины, бичующей не только продажную власть и СМИ, но и безответственных капиталистов, симпатии к левым и коммунистам. Во всяком случае, Китай, Индия и Россия перед всеобщим финалом в фильме пытались, пусть и неудачно, запустить альтернативную спасательную миссию с Байконура, а Кейт в какой-то момент использовала риторику социалистов и даже готова была всерьез призвать на борьбу с коррупционерами толпу в баре, открыв им правду про причину, по которой была «слита» спасательная экспедиция к комете и про «миленький бантик, которым украсят это дерьмо». Она объясняет, что миссия отменилась, «чтобы богатые стали еще более безобразно богатыми», однако ее попытка открыть глаза «рабочему люду» приводит лишь к немедленным бессмысленным погромам и задержанию самой Кейт. Так что никакого спасения в коммунизме, в «двуполярном мире» или даже в религии сценаристы не увидели, хоть и заставили своих положительных героев перед концом света на всякий случай совместно помолиться.

«Я благодарна за то, что мы пытались», — замечает Кейт в финале. «У нас было абсолютно всё, если подумать», — с грустью признает профессор Минди.

Остается заметить, что хотя в кинокартине едва ли не основным виновником провала всех спасательных мероприятий и грядущего армагеддона назван самоуверенный сверхбогач — этакий новоявленный Илон Маск и Стив Джобс в одном лице, в нашем реальном мире довольно часто спасительной оказывается деятельность частных лиц и «социально ответственного бизнеса». Разумеется, это противоречило бы всей логике едко-сатирического и, казалось бы, расставившего все точки над i фильма, но «дронам-сборщикам» триллиардера можно было бы дать шанс. Хотя в таком случае фильм бы и приобрел еще более странный и обескураживающий конец, но в реальной жизни так часто и происходит: морали, которая непременно должна присутствовать в язвительных памфлетах, в реальности может попросту не найтись места.

Максим Борисов


1 См. также: Борисов М. «Мы все подохнем!» Рецензия на «черную комедию» «Не смотрите наверх».

5 комментариев

  1. Внятный анализ. Почти согласен.
    Маленький штрих: почему герой-генерал сидел в правом кресле шаттла?
    Фильм офигенен.

  2. «в нашем реальном мире довольно часто спасительной оказывается деятельность частных лиц и «социально ответственного бизнеса».»

    На соседней полосе этой газеты — очередной плач Ярославны по убиенному троицкому лесу. Люблю такие вот параллели.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Оценить: